Лурия а. р. «основные проблемы нейролингвистики»

Как запоминал гений?

Одна из особенностей памяти Шерешевского – ее непосредственность. Все слова и цифры он превращал в зрительные образы. Чтобы запомнить, мнемонист сначала внимательно смотрел на предложенный ряд слов или цифр, затем закрывал глаза и на несколько секунд открывал их вновь. Далее он отворачивался и по сигналу воспроизводил весь числовой или словесный ряд на бумаге (если это была таблица) или устно.

При этом текст не подвергался какой-либо логической обработке. Так, Лурия описал интересный эксперимент: Шерешевскому дали инструкцию запомнить ряд слов. После того, как он удачно выполнил задание, его попросили выписать из представленного ряда только названия птиц. Соломон Вениаминович удивился: «Там были птицы?». Лишь после такого «открытия» мнемонист вновь воспроизвел ряд слов (безошибочно), но выискивая в нем названия птиц.

Образы не были случайны. Многие из них хранились в детских воспоминаниях гения и сортировались по порядку, увеличиваясь в размерах .

А. Лурия говорит о высоком развитии синестезии у мнемониста: «Ш. неоднократно замечал, что если исследующий произносит какие-нибудь слова, например, говорит «да» или «нет», подтверждая правильность воспроизводимого материала или указывая на ошибки, – на таблице появляется пятно, расплывающееся и заслоняющее цифры; и он оказывается принужден внутренне «менять» таблицу. То же самое бывает, когда в аудитории возникает шум. Этот шум сразу превращается в «клубы пара» или «брызги», и «считать» таблицу становится труднее. Эти данные заставляют думать, что процесс удержания материала не исчерпывается простым сохранением непосредственных зрительных следов и что в него вмешиваются дополнительные элементы, говорящие о высоком развитии у Ш. синестезии» .

Мнемонист особо чувствовал, переживал все то, что запоминал. Звук у него ассоциировался с каким-либо цветом, вкусом. Интересна его беседа Л. С. Выготским. Шерешевский отметил, что голос психолога «желтый, рассыпчатый» . Кроме того, он говорил, что каждый звук цветной. Также он переживал запоминание цифр, слов.

Исходя из этих наблюдений, Лурия сделал вывод о том, что у Шерешевского не существовало четкой, осознаваемой грани, которая отделяет ощущения органов чувств у всех остальных людей. Ему такое отделение было чуждо.

Интересно, что в случае запоминания длинного ряда слов, цифр мнемонист выставлял образы в виде воображаемой длинной дороги. При этом ассоциация исчезала, если гения отвлекали, и столь же быстро возвращалась, если экспериментатор ставил задачу вновь запомнить материал.

Когда стало понятно, что объем памяти Шерешевского безграничен, Лурия сделал попытку проследить, насколько удачно происходит процесс «забывания». Отмечается, что такие случаи встречались достаточно часто. Однако забывание было весьма специфичным: случаев неточного воспроизведения информации практически не отмечалось, тогда как пропуски встречались часто.

Данное явление вполне объяснимо. Пропуски не были следствием ошибок запоминания, а трактовались как особенности восприятия. Например, они происходили в том случае, если предмет (слово, цифру) сложно разглядеть.

Книги

  • Природа человеческих конфликтов — или эмоций, конфликтов и воли: объективное исследование дезорганизации и контроля человеческого поведения. Нью-Йорк: Liveright Publishers, 1932.
  • Высшие корковые функции человека. Издательство Московского университета, 1962. Номер в Библиотеке Конгресса: 65-11340.
  • . Pergamon Press. 1963 г.
  • Человеческий мозг и психологические процессы . Харпер и Роу. 1966 г.
  • . Основные книги. 1973. ISBN   978-0-465-09208-6 .
  • Когнитивное развитие: его культурные и социальные основы . Издательство Гарвардского университета. 1976. ISBN.   978-0-674-13731-8 .
  • Разум мнемониста: небольшая книга об огромной памяти . Издательство Гарвардского университета. 1968. ISBN   978-0-674-57622-3 .
  • (С Солотарофф, Линн ) Человек с разрушенным миром: история мозговой раны , издательство Гарвардского университета, 1987. ISBN   0-674-54625-3 .
  • Автобиография Александра Лурия: диалог с созданием разума . Лоуренс Эрлбаум Ассошиэйтс, Инк. 2005. ISBN   978-0-8058-5499-2 .

Что такое высшие психические функции?

Это и было основным предметом изучения для А. Лурии с позиций различных областей знания. В советской психологической школе их понимали как возникающие при жизни, опосредованные, координируемые комплексные формы деятельности психики, в состав которых входят мотивация, целеполагание, фрагменты исполнительской деятельности и функции контроля. Психическая функция – это больше, чем мозговая активность, но на каких-то этапах ее фрагменты прочно связаны с мозговыми структурами корки и подкорки.

Лурия как раз изучал то, какие именно зоны мозга отвечают за разные стороны психических функций, в том числе, на основе исследования лиц, получивших черепно-мозговые травмы в Первой Мировой войне. Ученому удалось разработать уникальную «теорию системной динамической локализации в мозге высших психических функций». Сегодня ее используют в ходе диагностики и регенерации искажений мозговых функций. А ведь это была, скорее, интуитивная догадка ученого: зачастую положения этой теории могли быть экспериментально проверены лишь после смерти исследуемого.

А. Р. Лурия как исследователь оперировал понятиями «фактор», «системность», «уровневая организация функций», «блоки мозга», выявил методику систематизации, которая помогала диагностировать мозговые поражения у пациентов. Он разработал также ряд мнемонических методик, позволяющих тренировать память .

Приемы эйдотехники

Безусловно, любой дар – это ноша. Зачастую тяжелая. Справиться с ней под силу не каждому гению.

Спустя время Шерешевский ушел из газеты и стал профессиональным мнемонистом. Он публично демонстрировал свои способности. Объемы информации, которую пришлось запоминать, увеличились. Создавать длинные «пути» из образов было все более проблематично, а потому пришлось всерьез задуматься об упрощении приемов запоминания.

Когда мнемоника стала деятельностью, приносящей гению доход, в ход пошли самые разные способы, упрощающие процесс. Лурия в своей книге образно называет этот период «вторым» в развитии памяти гения.

Так, на данном этапе Соломон Вениаминович использовал следующие приемы:

  1. Увеличение размеров образов. Кроме того, применялась их правильная (с точки зрения мнемониста) расстановка.
  2. Сокращение образов и замена их символами. Испытуемый отмечал, что раньше для запоминания он представлял всю картину и каждую мелочь, сопровождающую тот или иной образ. Эта техника стала слишком энергозатратной, а потому ей на замену пришло сокращение. Шерешевский выделял одну деталь, которая относилась к образу (например, вместо всадника он представлял ногу со шпагой).
  3. Осмысление образов. Все числовые, словесные ряды, которые предлагались мнемонисту для запоминания, были лишены смысла. Сложность их возрастала. Чтобы воспроизвести такую информацию, Шерешевский раскладывал длинные фразы или числовые ряды на небольшие составные элементы (слоги, отдельные цифры). Именно к этим коротким элементам подбирались образы, которые становились устойчивыми и работали безошибочно. В дальнейшем этот прием стал одним из ведущих в арсенале Шерешевского и позволял ему воспроизводить большую по объему и невероятно сложную информацию даже спустя 15 лет.

Проблемы взаимодействия воли, аффектов и поведения

На протяжении всей книги автор говорит о влиянии этих трех компонентов психики друг на друга. От того, насколько слаженно играет этот «ансамбль», зависит не только течение конфликта, но и состояние человека в нем. Автор отмечает, что дезорганизованное поведение возникает вследствие аффекта, которому предшествует конфликт. Конфликт он считает «одним из существенных механизмов дезорганизации человеческого поведения» .

В книге Лурия описывает эксперименты, предметом которых выступало состояние аффекта.

В первой главе Александр Романович говорит о проблеме дезорганизации поведения. Он не считает ее хаосом, напротив, отдает дезорганизации роль особой структуры.

Автор считает: «Проблема организации человеческого поведения сводится к проблеме развития, и только наметив основные его пути, можно подойти к пониманию механизмов, лежащих в основе деятельности человеческой личности» .

По мнению ученого, распад привычных форм поведения не происходит одинаково в разных ситуациях. Этот процесс зависит от уровня развития человека, социального положения группы, в которой индивид строит собственное поведение, и конкретной ситуации. Например, поведение будет совершенно различным у детей с афазией, студентов на экзамене, у людей, которых подозревают в совершении преступления

Проследить развитие поведения, его связь с аффектами возможно, нужно лишь обратить внимание на детали

Что такое нейропсихология?

Эта наука изучает взаимосвязи между структурным и функциональным строением головного мозга и поведением субъекта. Первое изучает медицина, а второе – психология. По мнению Лурии, цель нейропсихологии – понять, какие функции мозга нарушены в результате повреждения, как это нарушение влияет на остальные процессы, и как с помощью здоровых участков мозга восстановить работу повреждённых.

Лурия разработал концепцию в нейропсихологии, которая помогала восстанавливать работу мозга многим пациентам, раненым во время войны. Благодаря этой концепции он стал выдающимся учёным двадцатого века.

Искусство забывать

Мы подошли вплотную к последнему вопросу, который нам нужно осветить, характеризуя память Ш. Этот вопрос сам по себе парадоксален, а, ответ на него остается неясным. И все-таки мы должны обратиться к нему.

Многие из нас думают: как найти пути для того, чтобы лучше запомнить. Никто не работает над вопросом: как лучше забыть?

С Ш. происходит обратное. Как научиться забывать? – вот в чем вопрос, который беспокоит его больше всего…

Ш. часто выступает в один вечер с несколькими сеансами, и иногда эти сеансы происходят в одном и том же зале, а таблицы с цифрами пишутся на одной и той же доске.

«Я боюсь, чтобы не спутались отдельные сеансы. Поэтому я мысленно стираю доску и как бы покрываю ее пленкой, которая совершенно непрозрачна и непроницаема. Эту пленку я как бы отнимаю от доски и слышу ее хруст. Когда кончается сеанс, я смываю все, что было написано, отхожу от доски и мысленно снимаю пленку… Я разговариваю, а в это время мои руки как бы комкают эту пленку. И все-таки, как только я подхожу к доске, эти цифры могут снова появиться. Малейшее похожее сочетание, – и я сам не замечаю, как продолжаю читать ту же таблицу».

… Ш. пошел дальше; он начал выбрасывать, а потом даже сжигать бумажки, на которых было написано то, что он должен был забыть…

Однако «магия сжигания» не помогла, и когда один раз, бросив бумажку с записанными на ней цифрами в горящую печку, он увидел, что на обуглившейся пленке остались их следы, – он был в отчаянии: значит и огонь не может стереть следы того, что подлежало уничтожению!

Проблема забывания, не разрешенная наивной техникой сжигания записей, стала одной из самых мучительных проблем Ш. И тут пришло решение, суть которого осталась непонятной в равной степени и самому Ш., и тем, кто изучал этого человека.

«Однажды, – это было 23 апреля – я выступал 3 раза за вечер. Я физически устал и стал думать, как мне провести четвертое выступление. Сейчас вспыхнут таблицы трех первых… Это был для меня ужасный вопрос… Сейчас я посмотрю, вспыхнет ли у меня первая таблица или нет… Я боюсь как бы этого не случилось. Я хочу – я не хочу… И я начинаю думать: доска ведь уже не появляется, – и это понятно почему: ведь я же не хочу! Ага!.. Следовательно, если я не хочу, значит, она не появляется… Значит, нужно было просто это осознать»

Удивительно, но этот прием дал свой эффект. Возможно, что здесь сыграла свою роль фиксация на отсутствие образа, возможно, что это было отвлечение от образа, его торможение, дополненное самовнушением, – нужно ли гадать о том, что остается нам неясным?… Но результат оставался налицо…

Вот и все, что мы можем сказать об удивительной памяти Ш., о роли синестезий, о технике образов и о «мнетотехнике», механизмы которой до сих пор остаются для нас неясными…

Сноски

1. По такой технике «наглядного размещения» и «наглядного считывания» образов Ш. был очень близок к другому мнемонисту Ишихара, описанному в свое время в Японии. Tukasa SusuKita. Untersuchungen eines auborordentichen Gedachtnisses in Japan. «Tohoku Psychological Folia», I. Sendai, 1933-1934, pp.15-42,111-134.

2. См.: Леонтьев А. Н. Развитие памяти. М., 1931; его же. Проблемы развития психики. М., 1959; Смирнов А. А. Психология запоминания. М., 1948; и др.

3. Есть данные, что памятью, близкой к описанной, отличались и родители Ш. Его отец – в прошлом владелец книжного магазина, – по словам сына, легко помнил место, на котором стояла любая книга, а мать могла цитировать длинные абзацы из Торы. По сообщению проф. П. Дале (1936), наблюдавшего семью Ш., замечательная память была обнаружена у его племянника. Однако достаточно надежных данных, говорящих о генотипической природе памяти Ш., у нас нет.

4. Стоит вспомнить тот факт, что изучение случаев патологического ослабления узнавания лиц – так называемые агнозии на лица или «прозопагнозия», большое число которых появилось за последнее время в неврологической печати, не дает еще никаких опор для понимания этого сложнейшего процесса.

А. Р. Лурия – исследователь социальной психологии

Предметом его размышлений оказались вопросы влияния средовых факторов на психическое развитие и функционирование, в частности, на процессы познания. Лурии удалось доказать, что средовый фактор обусловливает как содержательную сторону, так и структуру процессов психики. Ученый считал, что невозможно строго дифференцировать генетически заложенное и приобретенное в ходе социализации, эти факторы тесно связаны между собой .

При этом социальные аспекты задействуют биологический уровень и стимулируют оформление уникальных образований, позволяющих реализовать высшие формы активности психики. Лурия исследовал монозиготных и дизиготных близнецов для того, чтобы выявить степень влияния генетических и социальных аспектов. Как было доказано, с взрослением воздействие социальных аспектов усиливается. Такой эксперимент был в первый раз проведен в Советской России.

[править] Карьера

Родился в Казани. Отец — терапевт, профессор Роман Альбертович Лурия; мать — Евгения Викторовна Лурия (в девичестве Хаскина) — была зубным врачом.

В 1921 году окончил Казанский университет.

В 1921—1934 годах — на научной и педагогической работе в Казани, Москве и Харькове.

В 1922—1930 годах — член Русского психоаналитического общества.

В 1931—1934 годах руководил Сектором психологии в Украинской Психоневрологической Академии в Харькове и фактически инициировал начало собственно психологических исследований в Советской Украине.

С 1933 года работал в научно-исследовательских и учебных учреждениях Москвы, таких, как Медико-биологический институт (в 1935 г. переименован в Медико-генетический институт им. М. Горького), Всесоюзный институт экспериментальной медицины, Московский государственный педагогический дефектологический институт, Научно-практический институт специальных школ и детских домов Наркомпроса РСФСР (в 1929—1934 годах — Экспериментальный дефектологический институт) и Институт нейрохирургии имени академика Н. Н. Бурденко.

В 1937 году окончил 1-й Московский медицинский институт.

В 1937 году — доктор педагогических наук.

В августе 1941 года был назначен руководителем крупного нейрохирургического эвакогоспиталя на 400—500 коек № 3120 в посёлке Кисегач Челябинской области. Лурия и группа его сотрудников (около 30 человек) организовали серию исследований и реабилитационную практику раненых с травмами головы, в частности, инновационную реабилитацию посредством трудотерапии. Среди сотрудников Лурия того времени называют целый ряд специалистов психологов, психоневрологов и психиатров, таких как С. Г. Геллерштейн, Ф. В. Бассин, Б. В. Зейгарник и С. Я. Рубинштейн.

В 1943 году — доктор медицинских наук.

В 1944 году — профессор.

С конца 1944 года — сотрудник Института нейрохирургии АМН СССР им. Н. Н. Бурденко.

С 1945 года — профессор МГУ.

В 1947 году — действительный член Академии педагогических наук РСФСР.

В 1966—1977 годах — заведующий кафедрой нейро- и патопсихологии факультета психологии МГУ.

В 1967 году — действительный член Академии педагогических наук СССР.

Внёс существенный вклад в развитие различных областей психологии таких как психолингвистика, психофизиология, детская психология, этнопсихология и т. д. Следуя идеям Л. С. Выготского, разрабатывал культурно-историческую концепцию развития психики, участвовал в создании теории деятельности. На этой базе развивал идею системного строения высших психических функций, их изменчивости, пластичности, подчёркивая прижизненный характер их формирования, их реализации в различных видах деятельности. Исследовал взаимоотношения наследственности и воспитания в психическом развитии. Использовав традиционно применявшийся с этой целью близнецовый метод, внёс в него существенные изменения, проводя экспериментально-генетическое изучение развития детей в условиях целенаправленного формирования психических функций у одного из близнецов. Показал, что соматические признаки в значительной степени обусловлены генетически, элементарные психические функции (например, зрительная память) — в меньшей степени. А для формирования высших психических процессов (понятийное мышление, осмысленное восприятие и пр.) решающее значение имеют условия воспитания. В сфередефектологии развивал объективные методы исследования аномальных детей

Результаты комплексного клинико-физиологического изучения детей с различными формами умственной отсталости послужили основанием для их классификации, имеющей важное значение для педагогической и медицинской практики. Создал новое направление — нейропсихологию

Умер 14 августа 1977 года в Москве.

Нейролингвистика и ее связи с психологией в наследии А. Лурии

Как опосредуются высшие психические функции через семиотические знаки, включая речь? Ряд работ А. Лурии в данной отрасли выявил, что формирование речи изменяет строение базовых психических процессов; речетворчество – путь к осознанию и произвольной их координации. Характерно, что и современная психология активно применяет этот принцип: сегодня для практикующих психологов общим местом стал тезис о том, что речь клиента – это путь к пониманию его модели мира. Изменение речи – путь к изменению поведенческих стратегий.

А. Р. Лурия занимался вопросами речи с точки зрения нарушений и доказал, что разновидности речевого регулирования движения (запуск, торможение, неспецифическое, семантическое регулирование) формируются в разном возрасте по-разному. Если с момента рождения ребенка доминируют аффекты, то с ходом времени вначале появляется способность к наглядно-предметным действиям, и лишь затем они обретают абстрактно-логический характер.

Получается, что развитие сознания связано с углублением понимания семантики лексем, с развитием способности понимать абстрактные понятия. Важным выводом А. Лурии стало и то, что ассоциации – более позднее образование, по сравнению с предикативными ответами. На ранних этапах речь нацелена на предмет и означает предмет (это знают все, у кого маленькие дети: мы обучаем их вначале номинации объектов на первичном уровне овладения речью, и только потом идут обозначения аффектов, освоение понятий, которые незнакомы ребенку в конкретном освоении и личном эмпирическом опыте).

Принцип системности высших психических функций – основополагающий для учения Лурии, и исследованию ее закономерностей на основе нормы и патологии были посвящены многие работы ученого.

Поскольку сознание трактовалось ученым в качестве главной методологической проблемы психологической науки, изучение разных форм сознательной психической деятельности стало базовым направлением его работ. Сознание Лурия тесно связывал с языком.

А. Лурия создал ряд разработок для отечественной дефектологии. Он исследовал умственно отсталых детей с разными диагнозами и выявлял в каждом случае искажение процессов оформления и реализации высших психических функций, отвечающих за речетворчество .

С точки зрения психофизиологии исследователя интересовали моторные возможности глазодвигательной системы. Он вывел ряд закономерностей, касающихся этого феномена.

Говоря об А. Р. Лурии, невозможно не признать разносторонность его научных исследований и фундаментальность выводов. Он практически создал новую область знания – нейропсихологию, углубил знания в общей психологии, психологии развития, дефектологии, психофизиологии. Работы А. Р. Лурии стали шагом вперед в разработке базовых общепсихологических концепций, которые актуальны и сегодня. Особое уважение вызывает междисциплинарный характер его исследовательских работ: Лурия рассматривал все области психологического знания как единое целое, и такой подход не раз доказал свою эффективность. Сегодня его работы стали подлинной классикой психологии, нейропсихологии, психолингвистики и интересны даже мало подготовленному читателю, интересующемуся различными аспектами психологии.

Литература:
  • 1. Лурия А. Р. Маленькая книжка о большой памяти. Электронный ресурс: Режим доступа: http://knigosite.org/library/read/19337. дата доступа: 19.03.2018.
  • 2. Лурия А. Р. О месте психологии в ряду социальных и биологических наук. — Вопросы психологии, 1977. №9.
  • 3. Лурия A.Р. Язык и сознание: Электронный ресурс: Режим доступа: https://www.libfox.ru/369427-aleksandr-luriya-yazyk-i-soznanie.html. Дата доступа: 17. 03. 2018.

Редактор: Чекардина Елизавета Юрьевна

  • Писать или не писать? – вот в чем вопрос https://psychosearch.ru/7reasonstowrite
  • Как стать партнером журнала ПсихоПоиск? https://psychosearch.ru/onas
  • Несколько способов поддержать ПсихоПоиск https://psychosearch.ru/donate

Структура лекций

Вся книга делится на 2 большие части: «Эволюционное введение в психологию» и «Психология познания».

Первый раздел достаточно общий, он дает представление о психологии в целом. Здесь рассматриваются вопросы становления психологической науки, эволюции психики, сознательной деятельности. Также автор рассуждает о вопросах соотношения мозга и психических процессов.

Второй раздел дает конкретные знания по основным психологическим вопросам. Так, Лурия знакомит читателя с познавательными процессами (первая часть второго раздела) и с особенностями речи, мышления, интеллектуального поведения.

Изложение материала идет по нарастающей, или от простого к сложному. Благодаря этому студент не просто изучает новую информацию, он формирует собственную строгую систему психологических знаний.

Проработана и подача каждой главы: сначала дается общее представление о психологическом явлении (важно, что присутствуют ссылки на конкретные эксперименты), затем идет речь о методах исследования и только после этого автор подводит читателя к материалам о развитии данного явления в онтогенезе и его патологических состояниях. «Лекции по общей психологии» — то учебное пособие, которое смогут по достоинству оценить многие читатели

Александр Романович серьезно относился к подготовке лекционного материала. Так, Е. Д. Хомская отмечала, что записи он делал в толстые тетради красивым почерком. Эти записи бесценны, они характеризуют А. Р. Лурию как невероятно ответственного и увлеченного человека. Словом, учиться нужно у таких учителей, которые «горят» своим делом и транслируют эту увлеченность ученикам. Лекции Александра Романовича – яркий образец столь великой самоотдачи

«Лекции по общей психологии» — то учебное пособие, которое смогут по достоинству оценить многие читатели. Александр Романович серьезно относился к подготовке лекционного материала. Так, Е. Д. Хомская отмечала, что записи он делал в толстые тетради красивым почерком. Эти записи бесценны, они характеризуют А. Р. Лурию как невероятно ответственного и увлеченного человека. Словом, учиться нужно у таких учителей, которые «горят» своим делом и транслируют эту увлеченность ученикам. Лекции Александра Романовича – яркий образец столь великой самоотдачи.

Список использованных источников:
  • 1. Ахутина Т.В. А.Р. Лурия: жизненный путь // Культурно-историческая психология. – 2012. — №2.
  • 2. Зинченко В. Большой психологический словарь / под ред. Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко. – М.: АСТ, 2009. – 816с.
  • 3. Лурия А.Р. Лекции по общей психологии / СПб.: Питер, 2006. – 320с. (серия «Мастера психологии»).

Редактор: Чекардина Елизавета Юрьевна

  • Писать или не писать? – вот в чем вопрос https://psychosearch.ru/7reasonstowrite
  • Как стать партнером журнала ПсихоПоиск? https://psychosearch.ru/onas
  • Несколько способов поддержать ПсихоПоиск https://psychosearch.ru/donate

С чего все начиналось?

Автор познакомился с Шерешевским в 20-х годах ХХ столетия. Редактор одной из газет обратился к А.Р. Лурии с просьбой проверить память одного из его подопечных (Шерешевский в то время работал репортером). Психолог к просьбе отнесся серьезно, но особого значения новому знакомству не придал, а потому приступил к исследованию весьма буднично.

Осознание, что Шерешевский – человек с феноменальной памятью, пришло быстро. Лурия давал ему максимально сложные задания, просил запомнить и воспроизвести сначала 30, а затем 50 и 70 чисел или слов. Шерешевский с каждым заданием справлялся на отлично.

Психолога удивил не только тот факт, что обычный с виду человек может запомнить большое количество информации без заучивания. Память испытуемого была весьма гибкой: он воспроизводил длинные числовые ряды в прямом и обратном порядке, с одинаковой легкостью запоминал как целые слова, так и отдельные слоги.

Немногим позже стало ясно: эта фантастическая память не знает границ. Шерешевский запоминал числовые или словесные ряды, независимо от их длины. Но более всего удивлял тот факт, что воспроизводить ранее услышанную информацию Соломон Вениаминович мог спустя месяц, год и даже через 10 лет.

Непризнанный гений

Активно научной деятельностью Лурия занимался в первой половине ХХ века. Его прогрессивные идеи опережали советскую действительность, поэтому не были приняты обществом. Но признание он получил за рубежом.

Прежде чем перейти к изучению концепции Лурии, отметим интересные факты из жизни учёного:

Методика Лурии легла в основу принципа действия изобретенного в США детектора лжи.
В 1932 году в США опубликовали первую серьёзную работу учёного под названием «Природа человеческих конфликтов»

В России же внимание этому труду уделили лишь 70 лет спустя.
1950 год ознаменовался началом гонений на психологическую науку, что сильно повлияло на деятельность Лурии. Из-за появившихся угроз, он так и не смог закончить работу по изучению формирования психических процессов у близнецов.
В 1953 году Лурия обвинялся по делу врачей, так как в институте дефектологии, где он трудился, было слишком много работников еврейских кровей.
В 1953 году учёный выезжает за границу и восстанавливает научные связи

Именно в это время он получает настоящее признание и поддержку ведущих университетов Франции, США и Великобритании.

Таким образом, непризнанный в родных пенатах гений, оказался услышанным за рубежом. Более того, там его труды высоко ценились и использовались как в медицине, так и в психологии.

Детство и юность

Александр родился в 1902 году в Казани в семье врача. У отца мальчика — единственного в городе — имелся аппарат, позволявший делать рентгеновские снимки. Младшая сестра Саши Лида в 30-х годах 20-го века пострадала от сталинских репрессий.

Александр Лурия в молодости

Гимназию Александр окончил с серебряной медалью, а затем был Казанский университет, «покоренный» в 19 лет. Психология заинтересовала юношу не сразу, сначала «наука о человеческой душе» показалась Саше оторванной от жизни.

На формирование Лурии-психолога большое влияние оказали знакомство с Львом Выготским и исследования Зигмунда Фрейда. В Казанском университете Александр создал кружок психоанализа, сообщил об этом австрийскому ученому и, как ни удивительно, получил от Фрейда одобряющее ответное письмо.

Кодирование и декодирование – основа речевой коммуникации

Внимание автора сосредоточено на изучении разнообразных участков коры головного мозга в момент речевой коммуникации. Основными действующими механизмами при этом он считает процессы кодирования и декодирования

Как и всякая сложноорганизованная система, мозговые зоны могут работать некорректно. Нарушения процессов кодирования и декодирования служат сигналом о поражении отдельных зон мозга.

Сложность процессов кодирования и декодирования информации подтверждается результатами проведенных ранее научных наблюдений. Кроме того, в работе подробно описывается трехсложное строение каждого из этих явлений. Все авторские рассуждения и выводы, сделанные в ходе научного исследования, сопровождаются иллюстрирующими примерами из практики ученого.

С точки зрения А. Р. Лурии, процедура кодирования производится по следующему установленному алгоритму:

  1. Возникновение замысла автора о высказывании.
  2. Выбор формы высказывания, соответствующей речевой ситуации.
  3. Непосредственно формирование высказывания с помощью лексического и синтаксического инструментария, доступного автору.
  4. Сообщение реципиенту готового высказывания.

Декодирование же, напротив, направлено на расшифровку звуковой информации. Оно также осуществляется в три основных этапа:

  1. Выделение слов и присущих им смыслов.
  2. Анализ доступного реципиенту синтаксического инструментария для понимания смысла и выбор необходимых конструкций для расшифровки сообщения.
  3. Выделение смысла полученного речевого высказывания.

Как овладеть поведением

Автор не останавливается на изучении разрушительного, деструктивного влияния аффекта и конфликта. Он задается вопросом: «Создает ли аффект и невроз новые формы поведения или же он лишь откидывает назад, возвращает к каким-то старым механизмам, каким-то пройденным этапам?» .

Чтобы ответить на этот вопрос, ученый проводит эксперименты, позволяющие увидеть развитие конфликта у детей. Лурия приходит к выводу: детское поведение становится более организованным с внедрением в жизнь ребенка функциональных барьеров – ограничений, связанных с самодисциплиной, умением довести дело до конца, инициативой. Эти барьеры не возникают из ниоткуда: они рождаются в результате получения социального опыта. Функциональный барьер – результат усвоения культурных поведенческих навыков. Чем больше таких барьеров доступно ребенку, тем более конструктивным будет его поведение в конфликте. Более того, наличие функциональных барьеров говорит о развитии общества в целом. Чем выше культура, тем меньше конфликтов в социуме.

ГЛАВА 1. Психология как наука. Ее предмет и практическое значение

Человек
живет и действует в окружающей его социальной среде. Он испытывает потребности
и пытается их удовлетворить, получает информацию от окружающей среды и
ориентируется в ней, формирует сознательные образы действительности, создает
планы и программы действий, сличает результаты своей деятельности с исходными
намерениями, переживает эмоциональные состояния и корригирует допускаемые
ошибки.

Все это является психической деятельностью человека, а
наука, изучающая психическую деятельность, называется психологией.

Психология ставит своей задачей установить основные законы
психической деятельности, проследить пути ее развития, вскрыть лежащие в ее
основе механизмы и описать те изменения, которые происходят в этой деятельности
в патологических состояниях.

Только та наука, которая способна изучить законы психической
деятельности с возможной точностью, может обеспечить не только познание этой
деятельности, но и управление ею на научных основах. Именно поэтому научная
психология становится одной из самых важных дисциплин, значение которой будет
все более возрастать с развитием общества и с дальнейшим совершенствованием ее
методов.

К истории психологии как науки

Психология
как наука имеет очень короткую историю. Однако первые попытки описать
психическую жизнь человека и объяснить причины человеческих поступков коренятся
в далеком прошлом. Так, например, еще в древности врачи понимали, что для
распознания болезней необходимо уметь описать сознание человека и найти причину
его поступков.

Этот материалистический подход к поведению человека был на
многие века оттеснен идеалистической философией и церковью, которые подходили к
сознанию человека как к проявлению его духовной жизни, считая, что духовная
жизнь не подчиняется тем же законам, что и вся материальная природа, и к ее
анализу нельзя подходить с причинным объяснением явлений.

Семья

  • Сестра — Лидия Романовна Лурия (в замужестве Герчикова, 1908—1991), врач-психиатр, кандидат медицинских наук; вторым браком была замужем за начальником Главного коноплеводческого управления Наркомата земледелия СССР Михаилом Григорьевичем Герчиковым (1895—1937). Её дочь — Ирина Юрьевна Сукальская, род. 1931, врач-психиатр.
  • Жена (с 1932 года) — Лана Пименовна Липчина (1904, Рославль — 1978, Москва), цитолог, доктор медицинских наук

    Дочь — Елена Александровна Лурия (1938—1992), гистолог, доктор биологических наук; была замужем за гистологом Александром Яковлевичем Фриденштейном, членом-корреспондентом АМН СССР.

    .

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector